Стихи известных и неизвестных авторов

Природа нас спешит предостеречь.
Храпя, волна крадется к нам: «Попались!»
Черт над горою поднимает палец,
Но не вникаем мы в немую речь.
Природа нам твердит: «Недолог срок.
Уже леса превращены в кочевья.
Оборванны как беженцы, деревья
Бредут на юг понуро вдоль дорог».
Нам говорят: «Минуты коротки.
Опомнитесь, – безумны ваши планы:
Гусей неторопливых гидропланы
Летят на юг, втянувши поплавки».
А мы не понимаем ничего,
Идем в кино, дочитываем книжку
И молнии воспринимаем вспышку
Как яркий свет – не более того.
Александр Городницкий

Пока мы живы, можно все исправить…
Все осознать, раскаяться… Простить.
Врагам не мстить, любимым не лукавить,
Друзей, что оттолкнули, возвратить…
Пока мы живы, можно оглянуться…
Увидеть путь, с которого сошли.
От страшных снов очнувшись, оттолкнуться
От пропасти, к которой подошли.
Пока мы живы… Многие ль сумели
Остановить любимых, что ушли?
Мы их простить при жизни не успели,
А попросить прощенья, — Не смогли.
Когда они уходят в тишину,
Туда, откуда точно нет возврата,
Порой хватает несколько минут
Понять — о боже, как мы виноваты…
И фото — черно-белое кино.
Усталые глаза — знакомым взглядом.
Они уже простили нас давно
За то, что слишком редко были рядом,
За не звонки, не встречи, не тепло.
Не лица перед нами, просто тени…
А сколько было сказано не то,
И не о том, и фразами не теми.
Тугая боль — вины последний штрих —
Скребет, изводит холодом по коже.
За всё, что мы не сделали для них,
Они прощают. Мы себя — не можем…

Эдуард Асадов

На сцену вышел раненный артист,
На трость свою оперся неуклюже.
Он на войне работал как танкист,
Вернувшись, он у микрофона служит.

Его глаза горят огнем любви,
Хотя ходил он под прицелом смерти.
И он несет, поет слова свои
О страшной и жестокой круговерти.

И напряжен, и заворожен зал,
Наполнен и восторгом, и волнением.
И каждый зритель мысленно призвал
Своих дедов на это выступленье.
Своих отцов, прабабок, матерей,
Всех тех, кто проходил часы страданий
И знает дым, и черный запах дней
Былой войны тяжелых ожиданий.

Они стоят, невидимо, рядком
И слушают печально и спокойно,
И знают, что в опасности их дом,
Земля родная. И им снова больно.
Все повторяется, но только в этот раз
Мы не допустим крови и вторжений.
Готовы мы в любой кромешный час
Стремится к миру на полях сражений.
Готовы мы за братьев и сестер,
За сыновей, детей, соседей
Вести жестокий, жесткий разговор
Без всяких там советов википедий.


Артист закончил, музыка легла,
Устала, смолкла, стихла осторожно.
И зал поднялся дружно и стремглав
И грянул гром оваций многосложных.

Автор: Анатолий Эстрин

В современном мире технологий,
Взглядом по окрестностям скользя,
Вы задумайтесь, что очень многих,
Называем мы «мои друзья».
И устав от жизненных амбиций,
Нереализованных идей,
Хочется вокруг нам увидеть лица,
Дорогих и близких нам людей.
О друзьях написано немало,
От себя добавить лишь хочу,
Друг – не тот, с кем вместе выпивали,
И не тот, кто хлопал по плечу.
И не тот, кто рад давать советы,
С кем свела житейская стезя,
С кем учился ты когда-то, где-то…
Нет, ребята, это не друзья.
Друг не тот, кто шутит и смеется,
И не тот, кто ценит стиль и стих.
Друг – в твоих проблемах познается,
В радости и горе на двоих.
Благодарности ему твоей не надо,
И они словами не сорят.
Про таких друзей писал Асадов,
Делают они – не говорят.
Нет у них внутри душонок мелких,
Вам желаю просто, без затей,
Прочь гоните жалкую подделку,
Но цените искренних друзей!

Порой слепой способен видеть лучше зрячих.
Он смотрит сердцем — это очень много значит.
А мы не видим тех чудес,что окружают.
Наш кругозор пустые ценности сужают.
Мы ценим то,за что оплачено деньгами,
а важно то,о чём молились со слезами.
Мы бережём в своих шкатулках украшения,
не сохранив друг к другу даже уважения.
Мы, замерзая, одеваемся теплее,
не понимая, что бессильны батареи.
Мы получать хотим и греться… греться…
Но излучать тепло не хочет наше сердце…
Любовь мы путаем с потребностью коварной,
но нет отдачи для души… элементарной…
Любовь — не брать,а отдавать,ведь счастье в этом!
Мы ценим фантик, но важнее вкус конфеты…
Без доброты и сострадания друг к другу,
наш поезд жизни мчит по замкнутому кругу…
Глухой способен слышать то, о чём молчите…
Услышьте сердце, верьте в Бога, жизнь цените…

(И.Самарина-Лабиринт)

Я вас любил: любовь еще, быть может
В душе моей угасла не совсем;
Но пусть она вас больше не тревожит;
Я не хочу печалить вас ничем.
Я вас любил безмолвно, безнадежно,
То робостью, то ревностью томим;
Я вас любил так искренно, так нежно,
Как дай вам бог любимой быть другим.
1829
Пушкин

Ты женщина, ты вечность, ты мгновенье,
Ты вспышка звездная у неба на груди,
Нет смерти у тебя и нет рожденья,
Лишь восхожденье Млечного Пути.
Ты путь пройдешь, сгорая без остатка,
И пеплом мне посеребришь глаза,
У вечности веселая повадка:
Быть гибкой и зеленой, как лоза...
И заменять цветение цветеньем,
И возникать, и таять в облаках,
И так его любить, свое мгновенье,
Что вечно погибать в его руках...

Кто видел край, где роскошью природы
Оживлены дубравы и луга,
Где весело шумят и блещут воды
И мирные ласкают берега,
Где на холмы под лавровые своды
Не смеют лечь угрюмые снега?
Скажите мне: кто видел край прелестный,
Где я любил, изгнанник неизвестный?
Златой предел! любимый край Эльвины,
К тебе летят желания мои!
Я помню скал прибрежные стремнины,
Я помню вод веселые струи,
И тень, и шум — и красные долины,
Где в тишине простых татар семьи
Среди забот и с дружбою взаимной
Под кровлею живут гостеприимной.
Всё живо там, всё там очей отрада,
Сады татар, селенья, города;
Отражена волнами скал громада,
В морской дали теряются суда,
Янтарь висит на лозах винограда;
В лугах шумят бродящие стада...
И зрит пловец — могила Митридата
Озарена сиянием заката.
И там, где мирт шумит над падшей урной,
Увижу ль вновь сквозь темные леса
И своды скал, и моря блеск лазурный,
И ясные, как радость, небеса?
Утихнет ли волненье жизни бурной?
Минувших лет воскреснет ли краса?
Приду ли вновь под сладостные тени
Душой уснуть на лоне мирной лени?
1821
Пушкин

Русь великую, Русь святую
В окруженье седых берёз
Я не первый в стихах рисую,
Как икону пишу, всерьёз.

Я молюсь за неё, родную,
Среди ночи молюсь и дня,
Я не первый её рисую,
И последним пишу не я.

Неземной красотой спасённый,
Поражённый, стою в тиши.
Вижу, будто бы вновь рождённый,
Обнажённость её души.

Степан Кадашников

Живу, как хочу, —
светло и легко.
Живу, как лечу, —
высоко-высоко.
Пусть небу
смешно,
но отныне
ни дня
не будет оно
краснеть за меня…
Что может быть лучше —
собрать облака
и выкрутить тучу
над жаром
песка!
Свежо и громадно
поспорить с зарёй!
Ворочать громами
над чёрной землёй.
Раскидистым молниям
душу
открыть,
над миром,
над морем
раздольно
парить!
Я зла не имею.
Я сердцу не лгу.
Живу, как умею.
Живу, как могу.
Живу, как лечу.
Умру,
как споткнусь.
Земле прокричу:
«Я ливнем
вернусь!»

Роберт Рождественский

Добро и Зло с далёких пор
Ведут свой древний, давний спор
Кто наяву а не во сне
Сильней и крепче на земле?
"Сильнее Я" сказало Зло
"Кто служит мне, тем повезло
Я щедро отблагодарю
Земные блага подарю
Машины, деньги, мощь и власть
Пусть насладятся жизнью всласть!"
Добро сказало: "Может быть,
Но только я могу любить
Хоть за душою ни гроша
Для всех людей важна душа
Я виллы, яхты не дарю
Зато я душу сохраню
Друзей, родных, детей и дом
И много счастья в доме том
Не знаю что ещё сказать..
Остаться с кем, самим решать
Добро и Зло с далёких пор
Не оставляют этот спор.

Подскажите… Бывают билеты
В ту страну, где тебя понимают?
Где давать не спешат вам советы,
А такою, как есть принимают?
Где без фальши бывает общение
И где искренность снова в моде?
Где, обидев, попросят прощения,
А не, хлопнув дверями, уходят?
Непременно туда бы отправилась,-
Там давно я мечтаю пожить.
Мне такая страна бы понравилась,
Где собою всегда можно быть.
Что б там делалось всё от души
И друг друга что б все там любили.
Пусть не замки будут, пусть шалаши,
Но счастливыми люди что б были!
Подскажите, купить где билет
В ту страну, где тебя понимают?
Хотя… знаю сама я ответ…
Нет страны, о которой мечтаю…

интернет